Воплощение идей по реформированию российского образования

Воспитательный дом для детей стал частью плана прогрессивной образовательной реформы И. И. Бецкого. Именно ему Российская империя обязана возникновению большого числа благотворительных и учебных заведений. Сиротский дом в Москве получил статус государственного учреждения, призванного воспитывать и обучать беспризорных и осиротевших детей всей страны.

Сегодня, зная, кто открыл Воспитательный дом для сирот, становится понятной глобальная идея его создания рядом с Московским Кремлем. Поначалу среди питомцев Воспитательного дома не было законнорожденных старше двух лет, детей крепостных и незаконнорожденных известными родителями. Принимались лишь брошенные, сироты и беспризорники.

Правила приема заметно смягчились в середине 19 столетия — в Императорский Воспитательный дом уже принимались законные дети, которые нуждались в заботе, сироты из семей бедняков и наследники тяжело болеющих родителей. Образовалось отделение для малолетних детей офицеров, погибших на войне. Они воспитывались с младенческого возраста до наступления 18 лет. К тем, кто учился в Воспитательном доме, применялись строгие принципы приучения к честному труду.

Перспективы обучения

Организация воспитательного процесса в детском доме в Москве основывалась на делении детей на возрастные группы от рождения до юности. Отдельно регламентировались вопросы питания, режима, обеспечения одеждой, обучения, сохранения здоровья, наказаний и других вопросов.

Система воспитательной работы в детском доме на Москворецкой набережной основывалась на выявлении воспитанников с выдающимися способностями. Склонных к рисованию отправляли в Академию художеств Санкт-Петербурга и в другие заведения. Выпускники Императорского приюта — Воспитательного дома получали права свободного обывателя и пользовались привилегиями. Став взрослым, воспитанник из крепостной семьи не становился крепостным.

С учреждением Воспитательного дома появилось ремесленное училище, в котором было подготовлено немало специалистов по металлообработке, токарному, слесарному, столярному делу. Иван Бецкой занимался организацией воспитательных домов не только для образования мальчиков, но и для девочек, которые по окончании заведения могли работать гувернантками.

Прототипом воспитательного дома в Древнем Риме служил рынок, на котором продавцы подкармливали больных брошенных детей. А первое официальное учреждение для брошенных детей создано в византийском Константинополе: при храме Святых Апостолов был учрежден орданотрофий, где кормили сирот.

В Европе первым официальным заведением для сирот стал воспитательный дом во Флоренции. Он учрежден флорентийской Синьорией в 1294 году после установления республиканского правления. Вначале он находился при церкви монахов доминиканцев.

В 1419 г. знаменитый архитектор Филиппо Брунеллески получил задание на строительство здания приюта. Автор воспитательного дома во Флоренции решил начать строительство на огороде при монастыре Сантиссима-Аннунциата. Сооружение с фасадом из 9 полукруглых колонн, образованных передним 70-метровым портиком, стало одним из первых образцов, выстроенных в стиле Ренессанс.

Воспитательный дом во Флоренции архитектора Брунеллески открылся в 1445 г. и получил название «Приют Невинных». Учреждение предоставляло шанс бездомным детям интегрироваться в общество. Подкидышей здесь обеспечивали необходимым и помогали получить профессию. Мальчики-выпускники воспитательного дома Брунеллески бегло читали и владели ремеслом, к которому имели склонность. Девочки шили, умели готовить, вести хозяйство, а к выпуску получали приданое, выходили замуж или постригались в монахини.

Воспитательный дом во Флоренции продолжал работу до 1875 года. Сейчас в здании разместились благотворительные фонды, ясли, приюты и представительство ЮНИСЕФ.

Императорский Воспитательный дом в Санкт-Петербурге

В 1770 году по образцу и в качестве отделения Московского Воспитательного дома, организованного просветителем Иваном Бецким, учреждён Санкт-Петербургский воспитательный дом. Здесь принимались и получали начальное образование дети в любом социальном статусе, оставшиеся без попечения. С 1797 года в воспитательных домах в Москве и Петербурге от рождения до 18 лет проживало по 500 питомцев.

В 1772 году Санкт-Петербургский Императорский воспитательный дом получает самостоятельный статус. Приютом управляли директор и Опекунский совет из 6 человек, который занимался законодательными вопросами, бюджетом и контролировал исполнение распоряжений императрицы Марии Федоровны.

В Петербургском воспитательном доме действовали:
лазареты,
родильный госпиталь,
ясли и приют,
училище для нянь, фельдшериц, а затем — Повивальный институт,
библиотеки, школы,
с 1806 г. — класс для глухонемых детей,
с 1867 г. — Мариинская семинария, готовившая учителей,
с 1871 г. — домовая церковь Петра и Павла.
В воспитательном доме Санкт-Петербурга действовали отделения для незаконнорожденных и рожденных в браке деток. Воспитанников отдавали в сельские семьи и записывали в мещанское или крестьянское сословие. Содержание Воспитательного дома в Петербурге обеспечивали пожертвования и торговля картами своей казны.

После революции здание Воспитательного дома в СПб передано под управление Министерства призрения. В 1918 г. Воспитательный дом-приют несовершеннолетних получил официальное название Петроградского дома защиты детей.

Правление Екатерины II сопровождалось насаждением воспитательных учреждений новыми правилами и утверждением системы сословий. Воспитательные дома при Екатерине II должны были выпускать образованных людей, способных самоотверженно служить родному отечеству и отлично владеющих разными ремеслами.

Российские образовательные учреждения 18 столетия

Воспитательными домами при Екатерине Второй занимался инициатор образовательной реформы, секретарь императрицы Иван Бецкой. При поддержке императрицы он пытался воплотить идею по воспитанию человека «новой породы». Он считал, чтобы в Российской империи дворянские дети получали образование в закрытых заведениях. Кроме Московского Воспитательного дома при Екатерине II, по его планам начали работать такие сословные заведения, как Сухопутный кадетский корпус и женский Смольный институт.

Влиятельный придворный был уверен, что необходимо воспитывать граждан, способных усердно и честно заниматься промышленным производством, ремеслами и торговым делом. Поэтому образовательные учреждения необходимо изолировать, то есть, закрывать от влияния общества. Воспитательный дом для сирот при Екатерине II предназначался для создания класса хорошо образованных новых людей, наученных справедливому управлению империей и гуманному обращению с крестьянами.

Московский Воспитательный дом при Екатерине стремился внедрять юношам понятия о высокой нравственности, страхе перед Богом, учить трудиться, пристойно и учтиво себя вести, соболезновать и помогать беднякам. В сиротском доме в Москве при Екатерине воспитывались матери и отцы, способные поселить в сердцах своих детей те же самые правила, которым их научили.

Основы воспитания новых граждан империи

Главной задачей Воспитательного дома для сирот Екатерина Вторая и ее помощник Иван Бецкой считали ограждение детей от развращающего влияния общества. 2−5-летних питомцев содержали в закрытом заведении до прочного научения спасительному добронравному поведению.

В воспитательном доме при Екатерине II в Москве и Петербурге готовились к выпуску всесторонне образованные граждане, а не искусные офицеры и узкие специалисты. Происхождение при этом не играло никакой роли, поскольку в воспитательные дома Екатерины II принимали всех подряд, а не только дворянских детей.

До введения оспопрививания в XVIII столетии эпидемии оспы «опустошали народонаселение России». В Западной Европе в это время уже стали распространяться «предохранительные прививки яда натуральной оспы (вариоляции)», молва о которых дошла и до России, где в 1755 г. появилась первая на русском языке статья об оспопрививании и его пользе.
Известно, что императрица Екатерина II вела переписку с Вольтером, который интересовался оспопрививанием в Англии и пропагандировал его. После прочтения сочинений «о пользе вариоляций» знаменитого французского врача Кондамина, она убедилась в его правоте. Толчком для проведения оспопрививания Екатерине II послужила болезнь австрийской императрицы Марии Терезии, заразившейся оспой.
Российская императрица обратилась в Лондонское Медицинское Общество, которое прислало ей врача Томаса Дисмдаля, сделавшего серию опытных прививок сначала воспитанникам морского кадетского корпуса, а после получения удовлетворительных результатов и самой Екатерине Великой. Это было 12 октября 1768 г. Затем удачно была сделана прививка и наследнику престола Павлу. Примеру Государыни последовали 140 её придворных.
С 1801 г. вариоляции были заменены на более безопасные вакцинации коровьей оспы по методу Э. Дженнера. Первого октября впервые в России в Московском воспитательном доме была сделана такая вакцинация профессором Ефремом Осиповичем Мухиным питомцу Антону Петрову, переименованному по велению императрицы Марии Фёдоровны в честь этого важного события в Антона Вакцинова.
При возвращении в Петербург императрица взяла с собой из Московского воспитательного дома привитую воспитанницу и передала её Петербургскому воспитательному дому «для привития с неё оспы петербургским питомцам».

Во-первых, это было первое строение, выстроенное в городе в качестве объекта призрения и воспитания… Указ о его строительстве был подписан Екатериной II в июне 1763 года. В сентябре этого же года императрица утвердила план и специальным манифестом объявила об основании Воспитательного дома как государственного учреждения.

До строительства первого крыла — Западного квадрата в 1767 году, Воспитательный дом размещался в церкви Всех святых, которое располагалось на нынешней Варварской площади.

Для строительства Воспитательного дома был отведен участок на берегу Москвы-реки между Китайгородской стеной и рекой Яузой. В утвержденном «Проекте и плане …» Бецкого это место было описано так: «…дать Воспитательному дому место, называемое Гранатный двор, с Васильевским садом, подле Москвы-реки, со всею лежащею около казенною землей и строением, купно с отданной от Адмиралтейства мельницей, что на Яузе, и старую городскую стену употребить в строение…» (Генеральный план императорского Воспитательного, для приносных детей, дома и госпиталя для бедных родительниц в Москве (1763−1767). В 3 ч. — СПБ, 1889, с. 11.) (Цитируется по В. С. Куров Краткий очерк истории здания, в котором мы учимся и работаем. 2-е издание, дополненное и переработанное. Москва 1988.)

Во-вторых, здание Воспитательного дома можно считать первым примером эко-ответственного девелопмента на государственном уровне. Для его строительства был использован камень из разобранной стены Белого города. Причем не только белый камень. В дело пошли и кирпич, и бут, из которых была сложена стена.

По просьбе генерал-губернатора Москвы графа П. С. Салтыкова Екатерина II разрешила не только использовать обвалившийся камень, но сломать для строительства Воспитательного дома и перестройки Арсенала всю оставшуюся к этому времени стену Белого города. В письме от 22 декабря 1763 года Салтыков писал царице: «Воспитательного дома Опекунский совет … просил учинить к зданию оного вспомоществование такими казенными материалами, которые напрасно пропадают, т. е. обвалившейся по Белому городу во многих местах стены и из разобранных ворот. Складенный и просто в грудах лежащий кирпич, белый камень и бут, сколько всего того собрать можно, приказать отпустить в Воспитательный дом. …О сем … донося … испрашиваю апробацию». (Цитируется по П. В. Сытин «История планировки и застройки Москвы, том II). Екатерина эту просьбу удовлетворила.

В-третьих, ансамбль здания — пример, как сейчас бы сказали «устойчивой архитектуры» — его строили несколько веков, придерживаясь первоначального плана. Воспитательный дом является одним из первых и наиболее значительных памятников раннего русского классицизма.

Кто автор проекта постройки, доподлинно не известно. Некоторые искусствоведы считают автором архитектора К. И. Бланка, но большинство склоняются к тому, что Бланк только руководил строительством и был исполнителем присланного проекта. Проект же был величественен и гармоничен. Увы, исполнен он был не в полной мере по разным причинам.

Основное здание состояло из трех корпусов — главного и двух «квадратов» — корпусов для мальчиков и девочек. Предполагалось что в них будут жить по четыре тысячи питомцев и питомиц. Внутри «квадратов» были внутренние дворы с собственными домовыми церквами. По периметру территорию Воспитательного дома должны были обрамлять два здания «окружного строения» по 550 метров длиной каждое. Однако первоначально построено было только центральное сооружение и один «квадрат». Не был разбит и запланированный сад, выходящий к реке. Сад предполагалось разбить выдающийся — с двумя насыпными горами со спиральными дорожками, ведущими к смотровым площадкам на вершинах. В чем-то эти планы в XXI веке реализовали авторы парка «Зарядье», расположенного по соседству.

В 1772 г. инициатор создания Воспитательного дома Иван Бецкой озаботился обучению воспитанников «изящным художествам». Опекунскому совету идея понравилась и было принято решение организовать «домашний театр». Что и было исполнено.

Главный надзиратель Воспитательного дома C. И. Насонов извещал Бецкого: «Оному театру назначается быть в квадрате в первом этаже над столовыми детей…», а «…для научения театральным представлениям приискан некоторый на публичном здеся театре испервых актеров Иван Иванов (Калиграфов)». (Всеволодов В. История тетрального образования в России (XVII и XVIII вв.) CПБ, 1913. Цитируется по В. С. Куров «Краткий очерк истории здания, в котором мы учимся и работаем, 1988).

Через год театр был построен, о чем 5 ноября 1773 г. было представление главного надзирателя опекунскому совету, а затем и Бецкому: «…Приступил … к устроению в доме небольшого театра, на котором бы питомцы могли обучаться искусству, касающемуся до актерства и театрального танцевания, для чего приискал способных к тому людей …».

Актерскому мастерству обучал известный драматический актер того времени И. И. Калиграфов. Кроме того, воспитанники учились музыке и пению.

В школе Воспитательного дома был организован класс обучения танцу. Первым педагогом- балетмейстером стал итальянец Филиппо Беккари. Первая группа детей в возрасте до 12−13 лет состояла из 26 девочек и 28 мальчиков. Спустя некоторое время группа включала уже около 80 учащихся.

Супруги Беккари брались обучить питомцев «театральному танцеванию», а «тех, кои будут в состоянии составить фигуру со всею возможною точностью, научить и большему — показывать себя во всех пантомимных балетах и танцевать соло».

В 1778 году балетные классы Воспитательного дома возглавил, сменив Беккари, балетмейстер и танцовщик Леопольд Парадиз. В 1780 году он выпустил на сцену первых своих учеников: семь танцовщиц и девять танцовщиков. Многие из них стали выдающимися исполнителями. Это Василий Балашов, Гаврила Райков, Иван Еропкин, Арина Собакина.

Балетный класс Воспитательного дома положил начало школе классического танца в Москве и составил конкуренцию петербургской школе, которая хоть и была на тридцать пять лет старше, но, по мнению историка русского театра В. Всеволодского, обучение театральному искусству там проигрывало московскому.

Об этом свидетельствует и тот факт, что воспитанники Московского Воспитательного дома, обучавшиеся актерскому искусству, в 1779 г. в соответствии с договором, который заключил с Домом руководитель Вольного российского театра в Петербурге К. Книппер, составили основу русской труппы, выступавшей в этом театре.

В Москве тогда не существовало единого музыкального театра, и его необходимость ощущалась все сильнее. В октябре 1783 музыкант и знаток сцены барон А. Ф. Ванжура составил специальный проект организации публичного театра при Воспитательном доме, а в ноябре 1783 Екатерина II подарила под Театр Воспитательного дома «старый придворный деревянный» театр, то есть Головинский оперный дом на Яузе. Представления в нём начались 9 февраля 1784 пантомимой «Морские разбойники» и балетом «Венера и Адонис».

Но тут не обошлось без интриг. Дело в том, что на тот момент привилегия на содержание в Москве всех публичных зрелищ принадлежала антрепренёру М. Медоксу, который подал жалобу императрице. За антрепренера вступился перед Екатериной «главный начальник Москвы» граф Захар Григорьевич Чернышев. И Екатерина заняла компромиссную позицию заявив, что желает «согласить целость данного Медоксу дозволения с прямым разумом прав Воспитательного дома».

Театр закрыли, и Опекунский совет в конце 1784 года договорился с Медоксом о том, чтобы он принял «всех питомцев обоего пола, находящихся при театре Воспитательного дома — актеров, танцовщиков и музыкантов, на свое жалованье и иждивение». Все они влились в труппу Петровского театра, на улице Петровке, который через несколько десятилетий, уже в другом здании стал знаменитым Большим Театром. Использованные материалы:

Всеволодов В. История тетрального образования в России (XVII и XVIII вв.) CПБ, 1913

В.С.Куров «Краткий очерк истории здания, в котором мы учимся и работаем, Москва, 1988

Сайт Большого театра 2011.bolshoi.ru

Воспитательный дом замышлялся не только как педагогическое, но и как медицинское учреждение, в котором медикам было предписано сохранять жизни воспитанникам. Многие приносимые особенно в зимнее время дети были больны и требовали медицинской помощи и специального ухода.
В главе I Генерального плана Воспитательного дома «О начальниках и служителях Воспитательного дома» значилось:
«Лекарь. Должность его состоит в том, чтоб приносимых в дом младенцев осматривать, и разсудя прилежно по званию своему и по совести, здоровых и чистых отсылать в залу новопринесённых младенцев, а подверженных какой-либо болезни принимать в госпиталь, где он находящихся больных питомцев должен лечить и безотлучно быть. Смотря по обстоятельствам, можно иметь и не одного лекаря». Детей, «одержимых хроническими тяжкими болезнями, физическими и нравственными недостатками, вследствие которых требовался усиленный уход, оставляли навсегда на призрении Воспитательного дома».
Другим благотворительным медицинским учреждением, основанным при Московском воспитательном доме, был Секретно-родильный госпиталь — «Госпиталь для бедных родильниц был предназначен для всякой женщины, находившейся в нужде». Основано заведение было по предложению И. И. Бецкого. Приём беременных начался со дня открытия Воспитательного дома и Родильного госпиталя — с 21 апреля 1764 г.
Первоначально учреждение принимало только незаконных беременных и рожениц, которым разрешалось не показывать лица, рожать в маске. Скрывались имена матерей и сохранялись в тайне все обстоятельства их пребывания в Родильном Госпитале, в связи с чем он и назывался Секретным. До родов женщине предоставлялось право находиться в госпитале на полном содержании на протяжении недели, после родов — в течение двух недель, в случае болезни их оставляли до излечения, обеспечивая лекарствами, уходом, акушерским и врачебным наблюдением.
Все младенцы, родившиеся в этом Родильном госпитале, немедленно записывались как питомцы Воспитательного дома.
В связи с недостатком в России акушерок, 6 ноября 1800 г. при Родильном госпитале был утверждён план и штат Повивального института, открытие которого состоялось 1 января 1801 г. До открытия в 1806 г, акушерской клиники при Московском университете Повивальный институт был первым и единственным учебным заведением в Москве, готовившим квалифицированных акушерок.
Учредительницей Повивального института стала императрица Мария Фёдоровна. В декабре 1800 г. отобрали 10 воспитанниц в возрасте от 15 до 17 лет для обучения повивальному искусству. Первые годы его деятельности обучались только подросшие воспитанницы Воспитательного дома (допуск посторонних вольных слушательниц начался позже, с 1842 г.). Для приобретения здания под Институт было выделено 13 355 рублей и на ежегодное его содержание 1874 рубля. Сначала Повивальный институт, как и Родильный госпиталь, занимали часть окружного строения. Для обучения приёму родов за границей были закуплены акушерские инструменты, куклы-фантомы. Воспитанницы проходили в течение трёх лет полный курс теоретических занятий по повивальному искусству в Институте и практику по принятию родов в Родильном госпитале.
Обучал воспитанниц директор Повивального института со дня его основания и главный акушер Родильного Госпиталя, профессор Московского университета, лейб-медик, статский советник Вильгельм Михайлович Рихтер.
В 1805 г. императрица Мария Федоровна подписала распоряжение Московскому опекунскому совету при Московском воспитательном доме об учреждении Законно-родильного госпиталя при Воспитательном доме для малоимущих рожениц. Открылся госпиталь 22 июля 1805 г.
С этого времени Родильный госпиталь при Воспитательном доме разделился на два отделения: на незаконное, или секретное, и законное, каждое из которых было рассчитано на 20 коек. В секретном отделении всегда было больше родов, поэтому позже (в 1818 г.) из общих доходов Воспитательного дома были выделены деньги ещё на 23 кровати [21].
Два отделения родильного госпиталя и Повивальный институт составили Родовспомогательное заведение Московского воспитательного дома.
Именно здесь было положено начало профессиональному образованию акушерок и врачей, заложен фундамент научного акушерства в нашей стране.

Источники:
Императорский московский воспитательный дом: (1763−1813 — первые 50 лет в истории Научного центра здоровья детей РАМН). В. Ю. Альбицкий, А. А. Баранов, С. А. Шер. — М.: Союз педиатров России, 2009. — 64 c. — (Серия «История Научного центра здоровья детей РАМН»; вып. 1).
Генеральный план Императорского воспитательного, для приносимых детей, дома и Госпиталя для бедных родильниц в Москве, 1763−1767 гг.- С-Пб., 1889.

Родился в семье архитектора Ивана Бланка, учился у отца и И. К. Коробова, а в 1749 году сдал экзамен самому Растрелли. Расцвет творчества Бланка — 1760-е годы. Большим успехом архитектора стало оформление города для коронации Екатерины II. В Москве, Карл Бланк жил на Рождественке во владениях графа Ивана Воронцова и фактически стал его домашним архитектором, построив несколько храмов в их владениях. В 1764 Бланк строит свой крупнейший проект — Московский Воспитательный дом. Здание, рассчитанное на 8000 воспитанников, — точка поворота в архитектуре от барокко к классицизму. В плане протяженность Воспитательного дома — 379 метров, грандиозный размах для того времени. Здание должно было состоять из трех корпусов: двух боковых каре и центрального, главного. Однако, восточное каре при жизни архитектора достроить не успели — возведение закончили в 1960-х годах.

Как известно, воспитательный дом не получал государственного финансирования, а функционировал на частные пожертвования и поступления от многочисленных привилегий, полученных И. И. Бецким от Екатерины II. Одной из таких оригинальных привилегий был доход от деятельности собственных финансовых учреждений — Вдовьей, Ссудной и Сохранной казны, которые были открыты в начале 1770-х гг. и просуществовали практически до революции.

«Вдовья казна», по сути, работала как своеобразный пенсионный фонд для дворянства — мужья вносили в эту «казну» вклады, из которых после их смерти вдовы получали пенсии. «Ссудная казна» функционировала как ломбард — выдавала небольшие и краткосрочные кредиты под залог движимого имущества, в основном драгоценностей. «Сохранная казна» принимала денежные вклады под проценты и выдавала кредиты, фактически являлась коммерческим банком. На их доходы и содержался Воспитательный дом.

Этому финансовому проекту императрица Екатерина II покровительствовала лично, что сильно способствовало его популярности и высокой репутации среди вкладчиков. Вдовья, Ссудная и Сохранная казна очень быстро стали крупнейшими кредитными учреждениями России. Уже к 1795 году сумма вкладов в московской «Сохранной казне» достигла 8,7 млн рублей (почти 10 млрд современных рублей). Кредиты от 10 до 50 тысяч рублей выдавались под 6% годовых либо под 2% при предоставлении залога.

Во второй четверти XIX века сохранные казны при воспитательных домах стали основным кредитором дворянства и самыми крупными ипотечными кредитными учреждениями в империи, поскольку выдавали деньги под залог дворянских имений, домов и фабрик. Заложить в «Сохранной казне» можно было и крепостные души…

Создание трех коммерческих финансовых учреждений и интеграция их в благотворительную деятельность была и по сей день остается необычным явлением, показывающим нам проницательность и гениальность И. И. Бецкого, основателя Императорского московского воспитательного дома.

Почему же именно эта птица использована в декоративной отделке Воспитательного дома и зачем вообще этому образовательному заведению нужна была эмблема?

На выбор такого изображения повлияла мода на эмблематические изображения, появившаяся в Российской империи со времен императора Петра I, который был инициатором издания первой книги с изображением «эмблемат» и активно внедрял различные изображения-эмблемы из книги в повседневный обиход русских.

Пеликан с древнейших времен является символом и эмблемой самопожертвования и доброты. Этот образ пришел из христианских источников, повествующих о пеликанах из долины Нила, которые спасают своих птенцов, укушенных ядовитой змеей, тем, что дают им пить свою кровь, исторгнутую из своей утробы. Основой этой легенды служит, видимо, тот факт, что пеликаны действительно кормят своих птенцов частично переваренной, а частично просто переносимой в зобу рыбой. Образ пеликана как символа любви родителей к детям и самопожертвования со времен средневековья входил во многие родовые, личные гербы, и даже некоторые государственные гербы небольших феодальных государств.

Именно поэтому Екатерина II после подписания манифеста об основании Императорского Московского воспитательного дома утвердила и его герб — птица пеликан, кормящая грудью своих птенцов, с надписью «себя не жалея, питает птенцов». Позже пеликан стал символом всех Воспитательных домов Российской империи. Птица настолько ассоциировалась с образовательными учреждениями для сирот и беспризорных, что даже изображалась на штемпеле для клеймления игральных карт, доходы от которого шли на содержание Воспитательного дома.

С закрытием воспитательных домов символ пеликана не был забыт. Уже в наше время этот образ также стали соотносить с ежедневным трудом учителей, с 1993 года золотым значком с изображением пеликана награждают Учителей года.

Императорский московский воспитательный дом по задумке своего идейного вдохновителя, известного просветителя и педагога XVIII века, И. И. Бецкого, был призван не только дать сиротам, беспризорным, подкидышам кров и заботу.

Высшей задумкой Бецкого было создание нового класса общества, отличного от дворян и крестьян, формировавших в ту пору основу государственного устройства России.

Сам Бецкой писал: «Прямое намерение нового учреждения [Воспитательного дома] — произвести людей, способных служить отечеству делами рук своих в различных искусствах и ремёслах».

В связи с этим воспитанники Воспитательного дома с самых ранних лет приучались к труду и получали всестороннее образование, включая и изящные искусства — театр, пение, музыку. Предпринималось все возможное, чтобы дать детям не просто знания, но и конкретную профессию, которая могла бы их кормить после выпуска из Воспитательного дома. Девочки могли рассчитывать стать гувернантками или акушерками. Для мальчиков выбор был значительно больше и постоянно расширялся.

В 1826 году императрица Мария Федоровна, покровительница всех образовательных заведений в России того времени, особо заботившаяся о воспитательных домах, повелела создать для мальчиков Московского воспитательного дома «большие мастерские для разных ремесел на 300 человек».

С этой целью известный архитектор Д. И. Жилярди отстроил сгоревший еще в 1812 году и стоявший в руинах Слободской дворец в Немецкой слободе. В 1832 году училище, получившее название «Московское ремесленное учебное заведение», было открыто. Воспитанники Воспитательного дома обучались бесплатно, но также было выделено 50 платных мест для детей купцов, мещан и других желающих обучаться ремеслам.

Именно это учебное заведение в дальнейшем после ряда преобразований и переименований стало главным специализированным техническим учебным заведением Москвы и одним из лучших в России, а сейчас носит имя «Московский государственный технический университет имени Н. Э. Баумана».

Он также задумывался и как приют для бедных и бездомных рожениц, ведь в России до того времени нередки были случаи уличных родов с убийством детей.

Это повлекло за собой включение в структуру учреждения отделений и служб для приема и заботы о таких женщинах.

Практически сразу после открытия Воспитательного дома в 1770 году в его составе стал функционировать Секретно-родильный госпиталь на 20 коек для бедных родильниц, не состоящих в браке. Для того времени это было очень прогрессивной идеей — женщинам, попавшим в сложную жизненную ситуацию, бесплатно оказывали помощь, а родившихся детей сразу помещали в Воспитательный дом, давая им таким образом путевку в жизнь.

По некоторым данным, за 20 первых лет своего существования Секретно-родильный госпиталь принял более 5500 рожениц и считался местом, свободным от осуждения и хранящим молчание и анонимность. Женщинам даже дозволялось рожать в маске и не называть своего имени.

В 1800 году при Родильном госпитале создается Повивальный институт, где сначала обучались на акушерок (повивальных бабок) выпускницы Воспитательного дома, получая при этом прибыльную и востребованную профессию, а позже и вольные слушательницы, которые хотели заниматься родовспоможением. Для обучения приёму родов за границей были закуплены акушерские инструменты и куклы-манекены. В 1805 году учреждается Законно-родильный госпиталь для малоимущих родильниц, куда принимали женщин, находящихся в законном браке, но не имеющих средств для получения качественной медицинской помощи в других места.

Два госпиталя и Повивальный институт в итоге составили Родовспомогательное заведение Императорского московского воспитательного дома, которое фактически стало первым стационаром, оказывающим акушерскую помощь женскому населению и первым центром, где изучалось родовспоможение как наука, и было базой для обучения студентов-медиков Московского университета.

На фото: архитектор Илларион Иванов-Шиц

Ведь И. И. Бецкой, идейный вдохновитель и организатор этого учебного заведения, хотел создать «новый тип человека» — людей, свободных от недостатков его современников, порой, судя по всему, его разочаровывающих своими поступками и поведением.

Бецкой к тому же был основоположником женского образования в России, поэтому обучению девочек и подбором для них достойных профессий уделялось такое же внимание, как и в отношении мальчиков. Мальчики и девочки, естественно, жили и учились в отдельных помещениях. По задумке Бецкого, дети разных полов должны были жить в разных квадратах Дома, но, как мы знаем, восточный квадрат был достроен только в XX веке, когда Воспитательным дом уже был военным учебным заведением.

Было задумано и две церкви — для мальчиков и девочек. Однако, и этому плану не суждено было воплотиться. В 1768 году, еще во время строительства, во временном помещении Дома поставлена купленная у Ингермандланского полка походная церковь. В 1770 году церковь была переведена в только что отстроенный западный «квадрат» и размещена на 3-м этаже.

А постоянный храм великомученицы Екатерины, небесной покровительницы императрицы Екатерины II, был освящен только 23 апреля 1788 года и располагался на 4 и 5-м этажах западного крыла главного корпуса.

К сожалению, из-за нехватки средства изначально запроектированный симметричный ему придельный храм Иоанна Воина в восточном крыле устроен не был, хотя место его было отмечено главой (без креста), и на фотографиях XIX—XX вв.ека мы можем видеть две главы по обе стороны от центральной башни.

Вскоре после революции Екатерининский храм был закрыт и переоборудован в актовый зал, а главы сломаны. Переделкой двусветной церкви в общественное пространство занимался известный архитектор Илларион Иванов-Шиц. Вдохновившись Сецессионом, он создал потрясающее пространство в стиле модерн, которое сохранилось практически в неизменном виде до наших дней.

Его многочисленные здания занимали разнообразные рабочие объединения и профсоюзы, одновременно на огромной территории располагались и медицинские учреждения, чья история корнями уходила в XVIII век и была неразрывно связана с Воспитательным домом — Дом охраны младенца и Институт акушерства, позже объединенные в Институт педиатрии (работал в этом месте до 1962 года).

В 1920 г. главное здание сильно пострадало от пожара, однако в 1921−23 гг. было полностью восстановлено, а в 1928 г. — реконструировано под руководством архитектора И.А. Иванова-Шица в модной в то время стилистике модерна. В ходе реконструкции были внесены некоторые изменения как во внешний облик здания, так и во внутреннюю планировку. К примеру, в раках борьбы с религией церковь была превращена в актовый зал, также в стиле модерн. Кроме профсоюзных организаций, в комплексе зданий размещались редакции ряда газет и журналов («Гудок», «На вахте», «Тридцать дней» и другие).

В 1938-м здесь поселилась Военная академия, затем — Военная академия ракетных войск стратегического назначения имени Петра Великого, которой постепенно отошла вся территория за исключением здания бывшего Опекунского совета, отошедшего Академии медицинских наук, и еще нескольких небольших второстепенных зданий, расположенных ближе к Солянке.

Несмотря на трудности молодого социалистического государства, история постройки и реконструкции комплекса Воспитательного дома не закончилась в 1920-х гг. Вся Москва в то время был площадкой для реализации грандиозных градостроительных планов, призванных сделать город великой и современной мировой столицей. Еще до Великой Отечественной Войны был разработан генеральный план завершения строительства в соответствии с первоначальным замыслом К. И. Бланка, согласно которому должен был быть построен 2-й (восточный) квадрат. Одновременно намечалась полная реконструкция ул. Солянки, ее спрямление и расширение. Эти работы проводились под руководством академика архитектуры Иосифа Игнатьевича Ловейко, который в 1938 году и взялся довести до финала проект Карла Бланка и закончить ансамбль — то самое восточное крыло.

Этот амбициозный проект в связи с Великой Отечественной войной растянулся на пару десятков лет.

Вначале Ловейко начал строить фасадное здание восточного корпуса — примитивную и очень приблизительную копию старого оригинала. Между 1938 и 1948 гг. архитектурной мастерской Моссовета построено южное крыло корпуса.

Полностью же первоначальная архитектурная композиция, воплощающая замыслы архитекторов середины XVIII века, была закончена только во второй половине 1960-хх гг, и Императорский московский воспитательный дом получил тот облик, который сейчас знаком всем москвичам.

Надо сказать, что Ловейко не только стремился воплотить в жизнь проект Бланка, но и фактически спас Воспитательный дом от полного уничтожения.

В конце 40-х — начале 50-х гг. Сталин искал в Москве место для восьмой, самой большой, столичной высотки. По замыслу, новое здание должно было на визуальном уровне «поддерживать» Дворец Советов и связать в единый ансамбль другие московские высотные здания. Территория Воспитательного дома всерьез рассматривалась для этого строительства, но, по легенде, Ловейко удалось оттянуть решающий момент.

Высотку начали было строить на месте нынешнего парка «Зарядье» (соорудили фундамент, на котором впоследствии стояла гостиница «Россия»). Воспитательный дом был спасен, а Ловейко достроил восточное каре для размещения в его стенах Артиллерийской академии, которая выросла из Петербургского артиллерийского училища, основанного в 1820-м году.

Что же мы знаем о человеке, не допустившем разрушения одного из самых крупных и важных зданий Москвы?

Иосиф Игнатьевич Ловейко, по праву считавшийся мастером московской комплексной застройки, родился в 1906 году в селе Прохоры Спасского района Дальневосточного (ныне Приморского) края.

Крестьянское детство, ремесленное училище, рабфак во Владивостоке — так прошло детство и юность будущего мэтра советской архитектуры. На рабфаке молодой Ловейко выделялся выдающимися способностями к рисованию — он оформлял стенгазеты, учебные пособия, рисовал портреты писателей для кабинета литературы. Таланты Ловейко были оценены по достоинству, и из Владивостока молодой человек был направлен в Москву на учёбу во ВХУТЕМАС.

Его учителями в Москве были основоположники и лидеры существовавших тогда архитектурных школ и течений — классик русского авангарда К. Мельников, идеолог рационализма В. Кринский, известные конструктивисты братья Веснины. Своим учителем Иосиф Игнатьевич считал А. А. Веснина, под руководством которого выполнял свой дипломный проект.

В 1931 году Ловейко получает диплом и начинает работать в Стройсекторе ВСНХ РСФСР, а затем в архитектурно-проектных мастерских Моссовета (будущий Моспроект), в которых проработает всю свою жизнь.

Значительную роль в профессиональной жизни архитекторов 30-х годов XX века играли многочисленные творческие конкурсы. Страна нуждалась в большом количестве зданий различного функционала, и смелые масштабные проекты молодых архитекторов были крайне востребованы. Уже первые конкурсные работы И. И. Ловейко замечены — конкурсный проект здания Наркомтяжа на Красной площади, отличавшийся смелой масштабностью решения, получил признание, но не был реализован.

Всё творчество Ловейко — за исключением немногих работ — связано с Москвой. Он участвовал буквально во всех крупных архитектурно-строительных проектах в столице. Его первые самостоятельные работы также были связаны с глобальной реконструкцией Москвы, развернувшейся в начале 30-х годов. В это время Ловейко работает под руководством одного из признанных мастеров советской архитектуры Даниилом Фёдоровичем Фридманом, выполнив ряд знаковых проектов, в том числе оформление наружного павильона станции метро «Дзержинская» (ныне «Лубянка») выразительными монументальными входными арками.

В 1935 году И. И. Ловейко в числе других архитекторов участвует в составлении Генерального плана Москвы, а также в проектировании и строительстве крупных жилых домов в разных районах Москвы, которые отличались монументальностью, торжественными фасадами со множеством ордерных деталей.

Признанный, несмотря на свою молодость, архитектор с группой своих единомышленников принимает активное участие в создании масштабных архитектурных ансамблей при застройке Котельнической и Гончарной набережных (1934−1938), которые идеально вписывались в утвержденную концепцию генерального плана, согласно которой в Москве каждый квартал, каждый отрезок улицы, каждая улица и площадь должны оформляться как единый ансамбль, и город виделся как архитектурный комплекс, единый по замыслу и выполнению. Именно в это время И. И. Ловейко познакомился с комплексом Императорского московского воспитательного дома, загорелся идеей достроить, дооформить его ансамбль и оставить его потомкам как напоминание о сильных традициях русской архитектуры.

Надо сказать, что в то время основными поставщиками воды в дома были водовозы, а о централизованной поставке воды в каждый дом можно было только мечтать. Только в 1858 году москвичам разрешили подключение домов к центральной системе водоснабжения, но еще долгие годы это было привилегией только состоятельных домовладельцев.

Поскольку с самого основания воспитательного дома особое значение придавалось здоровью детей и их гигиене, а огромный комплекс зданий, рассчитанный на 8 тысяч человек, требовал постоянной подачи питьевой и технической воды в больших объемах, то совсем неудивительно, что воспитательный дом одним из первых в Москве получил настоящий внутридомовой водопровод, очень похожий на современный.

Реализация проекта по проведению водопровода была поручена талантливому инженеру Андрею Ивановичу Дельвигу, который смог найти множество оригинальных технических решений для обеспечения водой огромного здания. Многие технологии были революционным прорывом для того времени.

Воспитательный дом имел двойной водопровод: отдельно для питьевой и отдельной для технической воды, использовавшейся для стирки и смыва ватерклозетов.

Питьевая вода поступала из Мытищинских родников через Варварский фонтан в огромный чугунный резервуар объемом 86 куб.м., оттуда при помощи насосов она подавалась на высоту 28 метров в специальный резервуар на чердаке здания, и потом во системе свинцовых труб общей протяженностью более 2,5 км в более мелкие резервуары на этажах здания.

Техническая вода подавалась из Москвы-реки также в специальный резервуар и использовалась также для охлаждения паровых машин, качавших воду по комплексу зданий.

Таким образом, Воспитательный дом постоянно имел запас питьевой воды объемом почти 130 куб. м, что позволяло комплексу существовать практически автономно в случае необходимости.

И.И. Бецкой (1704 — 1795) был крупнейшим деятелем второй половины XVIII в. в области просвещения, президентом Российской академии художеств. Россия того времени обязана большей частью своих благотворительных и образовательных учреждений именно ему, к тому же он был автором плана школьной реформы — «Генерального учреждения о воспитании обоего пола юношества». Взгляды Бецкого на методы воспитания детей были очень прогрессивными для своего времени. Всю свою жизнь он активно интересовался педагогикой, способствовал распространению грамотности и стал основоположником женского образования в России.

10 июля 1763 г. Бецкой представил Екатерине II «Проект и план об учреждении в Москве Воспитательного дома», в котором содержалась программа деятельности этого учреждения, его права, обязанности и привилегии. 1 сентября того же года своим указом Екатерина II утвердила план Бецкого и специальным манифестом объявила об основании Воспитательного дома как государственного учреждения. Эти даты сейчас считаются основополагающими вехами в истории Императорского воспитательного дома.

Грандиозность замыслов и масштабы комплекса зданий Воспитательного дома призваны были показать Европе широкие благотворительные и просветительские планы Екатерины II. Поэтому архитектурный проект комплекса зданий Воспитательного дома с самого начала поражал своей глобальностью и масштабом.

Государственных средств на содержание Воспитательного дома с самого его основания выделено не было, ведь сразу было решено, что учреждение будет существовать на частные пожертвования граждан. Впрочем, для улучшения финансового положения Воспитательного дома умный Бецкой попросил у Екатерины II ряд привилегий, которые и были императрицей ему пожалованы.

Например, Воспитательный дом освобождался от всех пошлин и городских повинностей, мог проводить лотереи и получал четвертую часть доходов со всех публичных зрелищ, например, театральных представлений. Существенной и весьма неожиданной привилегией был карточный сбор, получаемый от клеймления колод карт. Были также и другие источники средств на строительство и содержание Дома: в 1772 г. при Воспитательном доме были учреждены вдовья, ссудная и сохранная казна — первое в России банковское учреждение. Эти финансовые организации приносили Воспитательному дому основной доход.

Торжественная закладка здания состоялась 21 апреля 1764 г., в день рождения императрицы Екатерины II. Это событие было отмечено М. В. Ломоносовым, который по случаю основания Воспитательного дома написал торжественную оду.

Под застройку была отдана часть дворцового Васильевского сада и территория, занятая Гранатным двором, на котором отливали ядра для пушек и делали порох.

Крупномасштабный классический комплекс был воздвигнут не сразу.

С 1764 по 1767 г. строительством руководил самый видный московский архитектор того периода Карл Иванович Бланк, который тщательно разрабатывал не только архитектурную, но и функциональную сторону проекта.

Основными же производителями работ после К. И. Бланка являлись сначала архитектор Я. А. Ананьин (с 1771 по 1773 гг.), затем Иван Ситников — крепостной архитектор П. А. Демидова (с 1773 по 1780 гг.).

Согласно первоначальному проекту, дом был рассчитан на единовременное проживание 8 тысяч детей и должен был состоять из трех корпусов. Два отдельных корпуса — для мальчиков и для девочек, были запроектированы одинаковыми, квадратными в плане, с внутренними дворами, высотой в 5 этажей. Со всех сторон их должны были окружать многочисленные невысокие пристройки разнообразного назначения.

Корпуса объединялись центральным 5-этажным корпусом с колокольней, так называемой «корделожей»; в нем размещались две церкви — также отдельно для мальчиков и девочек, и служебные помещения. Их главные фасады по плану должны были выходить на реку.

Вокруг всей территории планировалось построить 3-х этажное «окружное» строение. Основные въездные ворота с аллегорическими скульптурными группами были спланированы со стороны улицы Солянка, в том месте, где они сейчас и расположены. Предполагалось В планах был и партерный сад с фигурными газонами, примыкающий прямо к набережной Москвы-реки. Проезда между комплексом зданий Воспитательного дома и рекой не было предусмотрено.

В дальнейшем проект пришлось пересмотреть из-за нехватки средств и реализован он был лишь частично.

Только в 1770 г. была готова часть комплекса — западный «квадрат», куда к 1 сентября перевели всех детей. Чуть позднее возведены здание «корделожи» с церковью в месте их соединения на два этажа и часть «окружного» строения.

В 1772 г. на 4−5 этажах «корделожи» была освящена церковь во имя Святой Великомученицы Екатерины. Святая была выбрана неслучайно, ведь именно она была небесной покровительницей императрицы Екатерины II.

Интересно, что в целях экономии и сокращения сроков строительства при возведении Воспитательного дома использовались кирпич, бут и белый камень из обветшавших и разобранных стен Белого города, окружавших некогда территорию, выбранную для строительства дома.

В чем же идея Воспитательного дома, для которого возводили столь грандиозное здание совсем рядом с Кремлем?

Воспитательный дом — учреждение для воспитания и обучения подкидышей и беспризорных младенцев.

В первые годы существования в Дом не принимались законные дети, дети крепостных, дети старше двухлетнего возраста, а также незаконнорожденные, родители которых известны.

Однако во второй половине XIX века правила заметно смягчились, и Воспитательный дом начал принимать и законорожденных детей, которые нуждались в заботе, поскольку были сиротами или происходили из крайне бедных, нищих семей, а также в случае тяжелой болезни родителей. Также возникло малолетнее отделение для офицерских детей, потерявших родителей на войне, коих Российская империя вела немало на всем протяжении существования Воспитательного дома.

По замыслам Бецкого предполагалось воспитывать детей с младенчества до полного совершеннолетия (18 лет) в соответствии со строгими нравственными принципами, сразу же приучая воспитанников к честному труду.

Дети делились на пять возрастных групп от рождения до юношества, и для каждой возрастной группы регламентировались все вопросы — одежды, пищи, сна, сохранения здоровья, спокойствия духа, учения, наказания и т. п.

Наиболее способных воспитанников направляли в Санкт-Петербург в Академию художеств, а также в другие учебные заведения. Бывшие воспитанники пользовались большими привилегиями, считались свободными гражданами и не могли быть закрепощены, даже если происходили из крепостных.

«Классические классы» для мальчиков готовили к поступлению на медицинский факультет Московского университета, в художественные училища и т. п.

«Французские классы» для девочек готовили гувернанток с обязательным курсом французского языка.

В 1826 г. при Воспитательном доме было учреждено Ремесленное училище, которое располагалось в бывшем Слободском дворце — там, где сейчас Московский государственный технический университет имени Н. Э. Баумана. Ремесленные классы Воспитательного дома готовили специалистов почти по 20 профессиям, из которых большинство было связано с металло- и деревообработкой (слесарное, токарное, кузнечное, столярное дело и т. п.).

С самого основания Воспитательного дома огромное значение придавалось здоровью и медицине. Здесь с самого начала существовал большой штат разнообразных медицинских работников — докторов, лекарей и повивальных бабок. Таким образом, Императорский Московский воспитательный дом по праву можно считать колыбелью российской педиатрии. На протяжении всей своей длинной истории Воспитательный дом всегда оставался верен своей первоначальной задаче — помогать обездоленным детям во всех смыслах, включая заботу об их здоровье с самых первых дней.

В 1771 г. при Воспитательном доме миллионером-горнозаводчиком П. А. Демидовым был учрежден «Родильный институт», одно из первых профильных учреждений в Москве, посвященных акушерству и родовспоможению.

В 1800 г. при родильном госпитале Воспитательного дома открывается Повивальный институт, куда, кстати, достигнув совершеннолетия и закончив обучение в Воспитательном доме, могли поступать его воспитанницы, чтобы получить профессию акушерки. До открытия в 1806 г. акушерской клиники при Московском университете Повивальный институт Воспитательного дома был единственным учебным заведением в Москве, готовившим квалифицированных акушерок.

В 1773 году в Воспитательном доме был построен театр и организован класс обучения танцу. Одновременно были введены также уроки пения и музыки. Таким образом, Воспитательный дом стал по сути также и самым настоящим театральным училищем. Балетный класс Воспитательного дома, воспитавший множество талантливых русских танцовщиков, что было огромным шагом вперед для того времени, положил начало школе классического танца в Москве, которая была второй в России после петербургской школы. Школа просуществовала до 1784 года, после чего перешла в ведение Петровского театра.

Удивительно, но самое крупное здание Москвы того времени практически не пострадало во время пожара Москвы 1812 года, те фасады, которыми мы любуемся в настоящее время, в основном сохранили первончальную отделку середины XVIII века. По приказу императрицы Марии Федоровны, в ту пору являвшейся покровительницей Воспитательного дома, большинство воспитанников и воспитанниц покинуло Москву. Многое сделал для сохранения здания его начальник И. А. Тутолмин, не оставивший Москву, когда в нее вступили войска Наполеона. Покидая Москву, Наполеон передал на попечение сотрудников Воспитательного дома около 3000 французских раненых и больных, 2000 из которых умерли и были похоронены здесь же, на территории. После Отечественной войны 1812 г. здание было отремонтировано с реконструкцией части помещений.

Пожар 1812 года представил комплексу зданий Воспитательного дома прекрасный шанс для расширения территории. На месте выгоревших строений на улице Солянка, принадлежавших разным владельцам, в 1823 г. по проекту Д. Жилярди и А. Григорьева возвели здание Опекунского Совета, состоящее из трёх корпусов, а ограда со стороны Солянки увенчалась воротами со скульптурами знаменитого скульптора Ивана Витали.

К началу царствования Николая I положение Воспитательного дома значительно ухудшилось. Из-за плохих условий содержания и скученности детей нередко случались эпидемии, что настраивало общественное мнение против подобных заведений в целом. Наконец, в 1837 г. Николай I издал указ об обращении всех учебных классов Воспитательного дома в Институт исключительно для образования сирот военных и гражданских обер-офицеров и переводе всех имевшихся на тот момент в Воспитательном доме питомцев «в деревенское сословие». Таким образом, Воспитательный дом фактически стал военным учебным заведением, что перечеркнуло педагогические идеи И. И. Бецкого.

К 1846 г. планировочная композиция ансамбля Воспитательного дома окончательно сложилась. Он занимал огромную территорию, ограниченную улицей Солянкой, набережной Москвы-реки, Варварской площадью, Китайгородским и Устьинским проездами. Это было крупнейшее здание Москвы дореволюционного периода (длина фасада по набережной 379 метров).

По Оценочным ведомостям за 1914 год Воспитательному дому принадлежали 47 различных строений. Таким большим количеством построек заведение обзавелось в течение многолетней истории своего существования, благодаря активному развитию территории, постройке новых и перестройки старых зданий с целью обеспечить функционирование Воспитательного дома с учетом современных технологий и смыслов.

После Октябрьской революции в зданиях Воспитательного дома также размещались различные учреждения медицинской и социальной направленности, в частности, курсы сестер — организаторов по охране материнства и младенчества Наркомата социального обеспечения. Затем эти учреждения упразднили, здание передали под Дворец Труда. Ввиду огромной территории места хватало всем и одновременно с профсоюзами тут располагались Дом охраны младенца и Институт акушерства, которые в 1922 году были объединены в Институт педиатрии, ставшим впоследствии НИИ педиатрии, находившийся здесь до 1962 года

В 1920 г. здание сильно пострадало от пожара, однако в 1921−23 гг. было полностью восстановлено, а в 1928 г. — реконструировано под руководством архитектора И.А. Иванова-Шица в стилистике модного в то время модерна. В это же время в рамках борьбы с религией помещение церкви в «корделоже» переделали в актовый зал. Зал дошел до наших дней практически в нетронутом состоянии и сохранил очень выразительный дизайн в стиле модерн (декоративные панно на стенах, четыре массивных светильника и другие элементы). Весь проект актового зала, включая декоративные элементы, также был выполнен И.А. Ивановым-Шицем.

В 1938 г. практически весь комплекс зданий с прилегающей территорией был передан Военной Академии им. Дзержинского. Бывшее здание Опекунского Совета в 1944 г. перешло к Академии Медицинских Наук СССР.

Но история постройки и реконструкции комплекса Воспитательного Дома не закончилась в 1920-х гг. Такая огромная территория в самом сердце Москвы не могла оставаться нетронутой в период активной разработки грандиозных градостроительных планов 30-х годов ХХ века, призванных превратить Москву в столицу мирового социализма и город наступившего светлого будущего.

Еще до Великой Отечественной Войны был разработан генеральный план завершения строительства Воспитательного дома согласно первоначальному плану XVIII века, в соответствии с которым предполагалось построить 2ой, восточный, квадрат. Одновременно намечалась полная реконструкция ул. Солянки, ее спрямление и расширение. Эти работы проводились под руководством академика архитектуры И. И. Ловейко, который и построил южное крыло Восточного квадрата в период между 1938 и 1948 гг., а также в целом спас весь комплекс Воспитательного дома от полного разрушения в связи с проектом строительства восьмой сталинской высотки.

Полностью первоначальная архитектурная композиция Воспитательного дома была закончена только во 2-й половине 1960-х гг., когда к 1968 г. был полностью достроен восточный квадрат, и комплекс принял тот архитектурный облик, который мы можем наблюдать сейчас.

Идея И. И. Бецкого заключалась в том, чтобы сделать из воспитанников «идеальных людей». Сейчас звучит утопично, но в те времена вполне соответствовало самым прогрессивным философских идеям и веяниям.

Поэтому в программу обучения с самого раннего детства были включены и изящные искусства: музыка, пение, танцы, театр.

О важном месте этих занятий в образовательной программе говорит тот факт, что уже в 1773 году, буквально через несколько лет после открытия, в Воспитательном доме был построен собственный театр и организован класс обучения танцу, в котором занималось до 80 мальчиков и девочек.

Первыми учителями танцев Воспитательного дома были итальянец Филиппо Беккари и его жена. Актерскому мастерству детей обучал известный драматический актер того времени И. И. Калиграф.

В 1778 году балетные классы Воспитательного дома возглавил балетмейстер и танцовщик Леопольд Парадиз. В 1780 году состоялся первый выпуск танцевального класса — семь танцовщиц и девять танцовщиков, среди которых много известных в XVIII веке имен — Василий Балашов, Гаврила Райков, Иван Еропкин, Арина Собакина.

В 1784 году согласно договоренностям балетная школа Воспитательного дома перешла в ведение публичного Петровского театра в Москве, поскольку несомненно для полноценного хореографического училища рамки Императорского воспитательного дома, имевшего совсем другой функционал, были очень узки.

Эволюция танцевальных классов Воспитательного дома в императорскую школу классического танца и далее — в Московское академическое хореографическое училище важна еще тем, что это были первые шаги на сцене молодых русских (!) артистов во времена повсеместного засилья иностранцев во всех сферах деятельности Российской империи, и особенно в искусстве.

Впервые Васильевский луг упоминается в русских летописях еще в 1468 году. Благодаря близости к Кремлю луг использовали для выпаса и водопоя великокняжеских табунов, а также для сбора конных дружин при подготовке к военным походам.

Расположенная рядом с реками Москвой и Яузой, а также пронизанная крупным ручьем Рачкой, вытекающим из Чистых Прудов (позднее заключен в подземный коллектор), во время весенних половодий эта местность затоплялась, покрываясь плодородным илом, благодаря которому луг, а позднее и сад, разведенный на его месте, очень подходил для садоводства и выращивания фруктов и овощей.

Предания разнятся в происхождении названия луга. Известно, что принадлежал он Василию III, отцу Ивана Грозного и, возможно, носит его имя. Но также существует легенда, что место это названо по имени известного московского юродивого Василия Блаженного, который проводил на нем много времени и, возможно, даже жил на его территории.

В конце XVI века Васильевский луг вошёл в состав Белого города, и в 1586 году зодчий Фёдор Конь начал здесь постройку каменных стен и башен Белого города, камень которых намного позднее использовался при строительстве Императорского воспитательного дома.

Во второй половине XVII века в царствование Алексея Михайловича, увлекавшегося садоводством, на месте плодородного луга развели Васильевский сад, который стал крупнейшим садовым хозяйством России того времени. В 1700 году в саду росло более 10 000 деревьев и почти 3000 различных плодово-ягодных кустарников — малины, красной и черной смородины и пр., и это не считая капусты, огурцов и другой летней зелени.

В 1712 на Васильевский луг был переведен Гранатный двор, где хранился порох, ядра и другие артиллерийские принадлежности.

А в 1760-е годы ради воплощения грандиозного замысла Екатерины II и И. И. Бецкого сад был вырублен, обветшавшая стена Белого города разобрана, и началось строительство Воспитательного дома.