Основателем Московского воспитательного дома является деятель русского Просвещения, личный секретарь императрицы Екатерины II Иван Иванович Бецкой.
Он же стал его главным попечителем. Помимо Московского воспитательного дома Бецкой основал Смольный институт благородных девиц (1764 г.) и Воспитательный дом в Санкт-Петербурге с госпиталем для рожениц (1770 г.), а также при его содействии были открыты Императорское коммерческое училище для обучения купеческих детей (1772 г.) и училище при Академии художеств. Бецкой «полагал надобность следовать по стопам натуры, не превозмогая и не переламывая ее, но способствуя ей». Он стремился создать «новую породу людей» — дворян и представителей других сословий, способных гуманно обращаться с крестьянами и справедливо управлять государством.

Символично, что закладка первого камня при строительстве Воспитательного дома состоялась 21 апреля 1764 года — в 35-й день рождения его основательницы — Императрицы Екатерины II.

Символично, что закладка первого камня при строительстве Воспитательного дома состоялась 21 апреля 1764 года — в 35-й день рождения его основательницы — Императрицы Екатерины II. На камне была памятная надпись, и чести положить его удостоился Генерал-Фельдмаршал и Кавалер Граф Петр Семенович Салтыков.

Само мероприятие было очень масштабным: в честь него во всех московских церквях звонили колокола и был организован большой крестный ход от Успенского собора к месту будущего строительства. Тысячи неимущих горожан накормили обедом, а также сочетали браком 50 пар бедных ремесленников с приличным угощением и денежными подарками.

В память об этом событии была выпущена медаль с изображением Веры и Человеколюбия и надписью «и вы живы будете».

При приеме младенцев в Московский Воспитательный дом приносившим не задавали лишних вопросов. Запрещено было спрашивать, кто принес ребенка и почему, а также чей это ребенок. Единственное, что было важно: крещен малыш или нет. В 1764 году было принято 523 младенца, в 1765 — 793, в 1766 — 742, в 1767 — 1089. С конца 1760-х годов из-за эпидемий, малышей на время пристраивали кормилицам по подмосковным деревням, вознаграждая женщин двумя рублями в месяц. Таким образом Воспитательный дом сохранял жизнь многим незаконнорожденным и подкидышам, а также сиротам из бедных семей. Зачастую детям, выросшим в Воспитательном доме, давали фамилию благотворителей. Например, воспитанники, бывшие на попечительстве Графа Шереметьева, получали фамилию Шереметевский, а те, кто находился под покровительством принцессы Анастасии Ивановны Гессен-Гомбургской, выходили из Воспитательного дома с фамилией Гомбургцев

И мальчики, и девочки, воспитывающиеся в Воспитательном доме, овладевали не только профессиями, но и языками.

И мальчики, и девочки, воспитывающиеся в Воспитательном доме, овладевали не только профессиями, но и языками. Мальчиков знакомили с башмачным, красильным, перчаточным, текстильным делом, огородной и дворовой работой. Девочки обучались домоводству, рукоделию, шитью и изготовлению кружев и пр. Воспитанников предполагалось обучать не только грамоте, но и математике, натуральной истории и «чужестранным языкам столько, дабы они печатные на оных книги разуметь могли».

Самые талантливые из них направлялись на учебу Академию художеств в Санкт-Петербурге и в Московский университет для обучения лекарскому делу.

Но самой главной и важной привилегией выпускников Воспитательного дома, пожалованной самой императрицей Екатериной II, была «вечная вольность». Не зависимо от сословия, вышедшие из этих стен, становились вольными. Кроме того, вольность давалась также их потомству: «Все питомицы и питомцы, дети и их потомки навсегда остаются вольными и ни под каким видом закабалены или сделаны крепостными быть не могут».

Первая вакцина в мире — от натуральной оспы — была изобретена в 1796 году английским врачом и ученым Эдвардом Дженнером.

Считается, что уже в октябре 1798 года в России первой от оспы привилась Императрица Екатерина II.

Чуть позже, в 1801 году, главная попечительница Воспитательного дома, Императрица Мария Федоровна, распорядилась доставить из Лондона вакцину, и в Воспитательном доме была сделана прививка мальчику, которому дали фамилию Вакцинов.

С 1805 года, когда в Российской империи был принят закон об оспопрививании, Московский воспитательный дом стал одним из главных оспопрививательных центров страны.

Самое большое пожертвование на содержание Воспитательного дома сделал Прокофий Акинфиевич Демидов — владелец крупных горнопромышленных предприятий и член опекунского совета.
Самое большое пожертвование на содержание Воспитательного дома сделал Прокофий Акинфиевич Демидов — владелец крупных горнопромышленных предприятий и член опекунского совета. Он подарил Воспитательному дому коллекцию древних монет, на свои средства закончил строительство начатого центрального здания, финансировал устройство при Воспитательном доме «родильного института», выделив 20 тысяч рублей на эти цели, также 205 тысяч пошли на создание коммерческого училища, в котором единовременно содержались 100 мальчиков.
Общая же сумма всех благотворительных пожертвований Прокофия Демидова в пользу Воспитательного дома составила 1 100 000 рублей.
Кстати, меценат Демидов всерьез увлекался садоводством. Именно он основал любимый москвичами Нескучный сад. За свою благотворительную деятельность Прокофий Демидов был удостоен чина действительного статского советника.

Во время самого крупного городского возгорания в XIX веке в России — московского пожара 1812 года — здание Императорского воспитательного дома почти не пострадало, несмотря на то, что находилось в эпицентре события.
Причиной тому — собственные системы пожаротушения и слаженные действия солдат во главе с генералом Иваном Тутолминым.
Некоторые исторические источники полагают, что армия Наполеона также принимала участие в тушении пожара на территории Воспитательного дома, потому что здесь были размещены три тысячи французских раненых и больных. Около двух тысяч солдат от полученных травм скончались и были похоронены здесь же.

Знаете ли вы, что в 1867 году английский писатель и математик Чарльз Латуидж Доджсон, более известный под псевдонимом Льюис Кэрролл, прибыл в Россию вместе со своим другом и коллегой Генри Парри Лиддоном.

Целью этой поездки было укрепление связей между англиканской и русской православной церквями. Во время этого путешествия автор бессмертного произведения «Алиса в стране чудес» побывал в Петербурге, Нижнем Новгороде и Москве. В Москве он посетил Кремль, Воробьевы горы, Высоко-Петровский монастырь и заглянул в Воспитательный дом. «Нам не удалось его как следует осмотреть, — писал в дневнике своего путешествия Льюис Кэрролл, — так как директора не было, к тому же многие из старших детей находились в это время в деревне. В результате мы не увидели практически ничего, кроме множества длинных и узких дортуаров, уставленных кроватями, нянек да бесчисленных младенцев. Все малыши были чистенькими, ухоженными и веселыми».

Интересный факт: в 1927 году в здании Дворца Труда (так в то время назывался Воспитательный дом) среди профсоюзов, управлений и множества прочих редакций СМИ располагалась газета железнодорожников «Гудок», в которой работали Илья Ильф и Евгений Петров.
И именно здесь ими были написаны первые страницы романа «Двенадцать стульев».
Дворец Труда переименован в романе в «Дом Народов» и авторы поместили в него газету «Станок», которая напечатала заметку о том, что Остап Бендер попал под лошадь. А прототипом «Станка» стала конечно же газета «Гудок».
"Восьмой стул поехал в Дом Народов. Мальчишка, преследовавший этот стул, оказался пронырой. Преодолев заграждения в виде комендатуры и многочисленных курьеров, он проник в Дом и убедился, что стул был куплен завхозом редакции «Станка».

Русская православная церковь также не осталась равнодушной к судьбам детей, росших в стенах Воспитательного дома, и поддерживала их своей благотворительной деятельностью, издав специальный для этого случая указ.

Русская православная церковь также не осталась равнодушной к судьбам детей, росших в стенах Воспитательного дома, и поддерживала их своей благотворительной деятельностью, издав специальный для этого случая указ. Первым опекуном из духовных отцов стал архиепископ Московский Амвросий (Зертис-Каменский), который ежегодно делал значительные пожертвования и учредил по всем московским приходам «кружки для доброхотных дателей». Среди жертвователей были архимандрит Златоустовского монастыря и Воспитательного дома катехизатор Варлаам Баранович, епископ Смоленский Парфений, «Ее Императорского Величества духовник» и Благовещенского собора протопресвитер Иван Памфилов, Новгородский митрополит Дмитрий, Санктпетербургский митрополит Гавриил, архимандрит Троице-Сергиевой Лавры Лаврентий и другие. В Воспитательный дом также поступали средства от московской Армянской, Старо- и Ново-Лютеранской, Римско-католической, Реформатской и Голландской церквей.